Подписаться на обновления:

Струлёв Борислав: «Люди нуждаются в культуре и хотят, чтобы она всегда была рядом!»

Имя Борислава Струлёва красуется на афишах различных стран мира наряду с музыкальными звездами классики и эстрады. Однако этот, бесспорно, талантливейший музыкант в Москве лишь последнее время стал частым гостем, в то время как публике за океаном он уже давно известен как виртуозный виолончелист, создающий еще и интересные и перспективные международные проекты. Легендарный американский пианист Байрон Дженис, с которым Борислав дебютировал в Карнеги-Холле, сказал о Бориславе: «Посмотрите на этого молодого человека, а что гораздо важнее - послушайте его… Он играет так, как будто родился с виолончелью». И маэстро был сто раз прав. Несмотря на весьма загруженный творческий график музыканта, «ВЭС» удалось побеседовать с ним.


- Борислав, Вы родились в России в семье музыкантов: дедушка, легендарный оперный певец Борис Гаврилович Струлев, отец – солист Московского государственного академического камерного хора В. Минина, мама - профессиональная пианистка, а дядя - актер и певец Олег Ануфриев. Как Вы оказались в Америке?
- На самом деле это невероятная история, полная магии! Я учился в Центральной музыкальной школе при Московской государственной консерватории имени П.И. Чайковского у прекрасного педагога Марии Юрьевны Журавлевой. После того, как я стал стипендиатом программы «Новые имена», я много ездил по всей стране и получил возможность выступать на разных площадках. Затем произошла незабываемая встреча с композитором Т.Н. Хренниковым, благодаря которому я начал понимать современную музыку и вышел на совершенно иной уровень исполнительского мастерства. И вот однажды я получил приглашение от Госконцерта на выступление в Большом зале консерватории с американским дирижером Джоэлом Шпигельманом.
Маэстро приехал в Россию с целой делегацией, среди которой была Джоан Питерс - писательница из Чикаго, написавшая много бестселлеров. Джоан предложила сделать запись нашего концерта, чтобы показать ее в Нью-Йорке великому Иссаку Стерну. Мы сделали запись, передали кассету в Нью-Йорк и благополучно об этом забыли. Джоан в Нью-Йорке показала это видео с записью виолончельного концерта К. Сен-Санса Исааку Cтерну, и тот был приятно удивлен моим исполнением и пригласил поработать в «ICM Artists» и далее учиться в консерватории в Нью-Йорке «Manhattan School of Music».
Джоан также решила показать это видео блистательному пианисту - единственному ученику Владимира Горовица Байрону Дженису, одному из самых известных исполнителей Рахманинова. Дженис решил устроить мой дебют в США.
- Выходит, что все решила эта кассета с записью?
- Получается, так (смеется). Спасибо моему папе, который, будучи на гастролях в Японии, практически живя какое-то время на одних сухарях, накопил денег и купил там видеокамеру. Гонорары, как Вы понимаете, были небольшие.
- Когда же состоялся Ваш дебют?
- В один прекрасный день мне пришел факс с приглашением на дебют - сольный концерт в Кеннеди-центре, которым руководил Джеймс Вулфенсон, позже известный как глава Всемирного банка. Он, кстати, и сам неплохо играл на виолончели. И мы с моей мамой полетели в Вашингтон, ну, а затем было обучение в консерватории «Manhattan School of music». Так начались наши первые шаги в Нью-Йорке.
- Вы все время говорите «наши», имеете ввиду свою маму?
- Да, она мне очень помогала, практически бросив все: квартиру, Москву, работу концертмейстера в Гнесинской академии. Являясь профессиональной пианисткой, аккомпанировала мне в гастролях, сопровождая по всему миру. В годы моего становления и начале карьеры за рубежом мама для меня была олицетворением родины, была моим тылом, и я очень многим обязан ей. Только сейчас я понимаю, какой героический поступок она совершила. Я бы, наверное, никогда не смог справиться один.
- Прожив много лет в Штатах, кем Вы ощущаете себя больше: русским или американцем?
- Мне кажется, что когда Мстислав Ростропович предложил выдавать музыкантам «паспорт музыканта», то он не был далек от правды жизни, некий «паспорт маэстро». Музыкант – это солдат искусства. Сегодня ты на одной стороне глобуса, завтра – на другой. Вся наша жизнь – это сцена. И я в первую очередь ощущаю себя артистом. А это понятие не имеет национальности.
- А кто Вас поддерживает? Где Вам более комфортно?
- Раньше государство занималось определенными артистами. Было понятно, что если нет, скажем, десяти имен, то стране будет просто нечего предложить миру. Сейчас все изменилось и очень многое зависит от наличия спонсоров. И успех, и карьера. Конечно, я чувствую русские корни, потому что родился в Москве и никогда этого не забуду. Даже в Нью-Йорке я всегда стараюсь, не теряя связь с Родиной, делать русские вечера и показывать американцам различные русские проекты. Стараюсь также показывать и в России разные проекты из Нью-Йорка. Я превратился в своеобразный мост соединения между Россией и Америкой. И я искренне очень рад этому.
- Что или, быть может, кто питает Ваше творчество?
- Я бы сказал, чувство огромной ответственности перед родителями, которые положили свою жизнь на алтарь искусства, перед великими музыкантами, которых давно нет на этой земле, но мы продолжаем их святое служение музыке. Мне очень хочется сделать моих близких счастливыми! Это и есть мотивация – гореть на сцене и сопереживать вместе с композитором то или иное произведение, играть всегда по–новому, находя новые краски и оттенки звучания.
- Скажите, есть ли у Вас райдер?
- Для музыканта, конечно, очень важно иметь определенные условия. Если, к примеру, я летаю на самолете, то мне необходимо покупать два авиабилета: на себя и на виолончель. Так что всегда можно иметь два завтрака или обеда (смеется). Правда, приходится оплачивать полную стоимость билета за еще одно место для виолончели, а бонусы на него не начисляют. Ведь она со мной летает всегда и, если я могу накопить на бесплатный билет, то на виолончель - нет… Вот такая несправедливость.
- Часто ли прилетаете в Москву?
- С 1993 года я живу в Нью-Йорке и ни разу не приезжал в Россию до 2005 года. Сейчас я практически начинаю все заново, открываю новую страницу этапа российский концертной жизни.
- Что Вам ближе: Москва или Нью-Йорк?
- Очень коварный вопрос. Если спросить ребенка, кого ты больше любишь: маму или папу, что он ответит? (Улыбается). Не могу сказать, где лучше или где хуже…. У каждого мегаполиса свой особый шарм.
- У Вас много проектов?
- Я создал около двадцати разных программ. Жанры разные: классика, джаз, кино, театр, поп. И моя виолончель оказывается везде! Даже там, где она никогда не была раньше! Очень тяжело определить, кто я. Кто мои сторонники? Те, кто любят классику или театр, или джаз или просто виолончель? Мое искусство - не просто играть ноты на инструменте чисто и в ритме. Я придал этому театральность, собственно говоря, то, что когда-то делали Лист или Паганини. Мне неинтересно отдавать свою жизнь и заниматься музыкой для того, чтобы повторять то, что уже было сделано и сыграно до меня по сотни тысяч раз. Но я знаю, что если человек закроет глаза и послушает мои записи или увидит меня в зале, то он никогда этого не забудет. Мне нравится, когда люди, никогда не ходившие на классические концерты, удивляются тому, что может виолончель – это не так страшно, грустно и скучно, как ожидалось. Они - открывает этот инструмент для себя в новом амплуа.
- Вы много ездите по миру. На ваш взгляд, интерес к классической и джазовой музыке одинаковы у публики разных национальностей?
- Да, конечно, разница есть и она огромна. На Западе можно собрать двадцать тысяч человек, чтобы просто послушать польки Штрауса. Попробуй это сделать в России.. Моя мечта – поделиться с российскими зрителями тем багажом, который я накопил за годы жизни в Америке, показать, чему я научился на Западе, показать то, что я видел. Ведь этого, несомненно, заслуживает наша публика. Сегодня современное искусство на Западе является главнейшим. И мы действительно уже доросли до высокого искусства.
- Общаясь с музыкантами обоих континентов, могли бы Вы сказать, чья подготовка сильнее? Русская или американская?
- Я занимался с разными педагогами со всех краев света. И могу однозначно сказать, что русская школа всегда была самой сильной. Честь и хвала нашим советским педагогам, работавшим не за деньги, а за идею, истинное служение искусству. Мы не боялись адских часов занятий, критики и порой подзатыльников, за которые, например, в Америке педагога могут привлечь к ответственности.
- По Вашему мнению, музыка является универсальным средством объединения людей?
- Да, конечно, и я стараюсь создавать проекты, которые этому способствуют. Когда мы проводили День России в Нью-Йорке, я старался сделать программу так, чтобы представить Россию достойно в глазах американской общественности. На нем присутствовали гости самого высокого уровня, такие как Б. Клинтон, Г. Киссинджер и т.п. В Москве на базе Дома актера я создал творческие вечера, куда вас, пользуясь случаем, всех приглашаю. Это клуб «музыкальное собрание», где наши гениальные актеры сливаются воедино с разными моими музыкальными моментами. В Нью-Йорке же я делаю серию концертов «Борислав Струлев и друзья» в знаменитом, уникальном историческом клубе на Бродвее Birdland Jazz Club. Это микс между классикой, джазом и свободной импровизацией.
- Сейчас велика тенденция к созданию фестивалей различных уровней. В чем причина?
- Думаю, в первую очередь, причина в людях. Люди нуждаются в культуре и хотят, чтобы она была рядом. Как бы это не прозвучало странно и одиозно.
- Вас, Борислав, эта волна также коснулась. Вы являетесь музыкальным директором белгородского музыкального фестиваля «Belgorodmusicfest» и арт-директором фонда развития классического музыкального искусства Белгородской области.
- Да, этот фестиваль начинался два года назад и проводится каждый март. Спасибо белгородскому губернатору Евгению Степановичу Савченко и Митрополиту Белгородскому и Старооскольскому Иоанну, а также фонду развития музыкального искусства за поддержку. Своим присутствием они заставляют всех остальных проявлять интерес и участвовать в этом проекте. Это очень важно, и я безмерно благодарен за это. Нам есть, чем гордиться. Недавно открылся новый зал филармонии. Город уже узнал таких великих артистов, как Дмитрий Хворостовский, Мишель Легран, Денис Мацуев, Валерий Гергиев и многие другие. И у нас много планов впереди радовать и дальше наших дорогих белгородцев и гостей фестиваля. Мне хочется, чтобы в этот город съезжались разные люди из разных частей света. Белгород – чудесный город, он настрадался во время великой отечественной войны. Сегодня это самый чистый, самый добрый город с замечательными людьми. Он вполне достоин быть местом проведения подобного фестиваля и одним из центров мирового музыкального искусства. Помимо этого, я планирую проводить в рамках фестиваля художественные выставки, мастер-классы великих музыкантов. Будучи попечителем фонда «Настенька», мне бы хотелось так же проводить разные мероприятия, аукционы, специально организованные концерты, чтобы продолжать возрождение благотворительности в нашей стране и помочь детям, больным раком.
В общем, планов очень много: более подробная информация о них на сайтах www.borislavstrulev.com и www.belgorodmusicfest.ru. Мне очень приятно, что нас заметили, и «Belgorodmusicfest» стал частью культурной олимпиады в Сочи 2014. Скоро третий фестиваль, мы готовим новую программу, и я, пользуясь случаем, с удовольствием приглашаю всех читателей журнала «Внешнеэкономические связи» на этот настоящий праздник торжества музыки, красоты и искусства!

Беседовала ГОЯН Наталья

автор:
Анна Федоренко

Новости партнеров: